Трудно быть мажором. Мажор – это сложная работа: тусовки, красные дорожки, дорогая одежда

В 80-х я дружил с девочкой по имени Оля. Она не рассказывала, чем занимались ее родители, но из командировок привозили ей крутые вещи и прочие недоступные советским детям вещи.

Дружба наша заключалась в том, что когда Оле становилось скучно, она звонила и капризным тоном требовала приехать в гости. Таких как я была еще пара человек.

Иногда Оля решала что-то организовать, причем замашки у нее были отнюдь не детские. Оля хотела сразу получить собственную театральную студию, а лучше газету. В такие дни она говорила мне, что сейчас позвонит Пете или Ване и они помогут. Когда я спрашивал, кто эти люди, слышал в ответ очень важные фамилии.

Как вы понимаете, Оля была мажоркой, причем самой настоящей. Я бывал пару раз на Так сказать «приемах». Я слушал, как ее гости жаловались на то, что им очень тяжело учиться в престижных ВУЗах, как дорого сейчас купить красивую одежду и непременно из-за границы. Я сидел в штанах, которые купил 4 года назад, а свитер,по-моему, был в нашей семье с моего рождения.

Все эти надменные и модные гости смотрели на меня, как на старую игрушку Оли, которую она никак не выкинет, потому что дорога как память. Я никогда не засиживался до конца тусовки, мне нужно было успеть на метро и папиных водителей с Волгами особо не наблюдалось.

Но это было не единственное мое окружение. В том другом мире люди тоже хотели и собственную газету, и что-то еще. Они много раз начинали, но у них ничего не получалось. Через несколько лет они все же получали результат, но ценой невероятных трудов и бессонных ночей. Оле и ее друзьям достаточно было сделать обиженные губки и позвонить папе.

Однажды я встретил и другого мажора. Сейчас он режиссер и весьма не успешный, но он навсегда в отечественной киношной тусовке, потому что вся его семья в пятом поколении там. При разговоре он очень удивился, когда я вкрадчиво спросил, как он поступил во ВГИК.

«Конечно же по блату. А что можно еще как-то?» — недоуменно спросил он у меня.

Мажоры, мне казалось, должны исчезнуть навсегда. Ну не могут же люди в успешном государстве раздавать должности детям, внукам и племянникам, просто потому что свои. А нет, оказывается могут. И не только могут, но и крайне успешно это практикуют. А что такого, думают они, какая разница, кто там на должности сидит, так пускай лучше мой.

Но мажоры вернулись. И вернулись весьма триумфально. Если раньше они просили папину Волгу с водителем на вечер, то теперь требуют личный самолет.

К 20-25 годам они обычно настолько развиты и образованы, что занимают руководящие посты в крупных государственных компаниях. А те, кто помладше или не готов надевать противный строгий костюм стоимостью с квартиру в глубинке, как же они?

А они тоже нашли свою стезю: СМИ. В одном респектабельном и очень крупном издании я читал интервью с Лизой Песковой. Репортер участливо расспрашивал, а где же она купила такое красивое платье, а сумочку, а откуда у нее такая прелестная собачка? СМИ посчитали, что колоссальной новостью станут планы Лизы на выходные. При том при всем, что живет она в Париже.

А еще она крайне образованный человек, чего только стоят ее глубокомысленные заявления об образовании в России. И все ее несомненно важные мысли публикуют крупнейшие СМИ. Видимо, ее ждет великое будущее, раз уже сейчас девушка делает такие успехи.

Российские мажоры – это мощная организация, не допускающая никого в свои ряды. Чтобы скрыть свои секреты, они строят огромные дома с высокими заборами и верными охранниками.

Свадьбы – только по договоренности и только между своими, ну прямо-таки новая аристократия.

Нам с вами остается только смотреть на этот пир во время чумы и восхищаться новыми платьями Песковой. Но ладно, давайте немного сменим тему.

Однажды я был на постановке одного театра. Мне запомнилась молодая актриса, через несколько дней я узнал, как ее зовут, а еще через некоторое время одно издание заказало мне интервью с этой актрисой.

Я нашел ее номер, позвонил и предложил встретиться. Она отказала мне, говорит, не заслуживаю я пока повышенного внимания.


Трудно быть мажором. Мажор – это сложная работа: тусовки, красные дорожки, дорогая одежда