— Мама, открой кошелёк, а рот — закрытым держи

— Выходит, что я кошелёк должна держать открытым, а рот – на замке. – вздыхает Анна Васильевна. – Шесть лет я делала подарки внукам, могла купить что-то из одежды, а теперь нельзя, только наличными. Прихожу с игрушкой и сразу истерика.

Несколько месяцев назад вдовец Сергей, сын Анны Васильевны, расписался с женщиной. Жить молодые стали в квартире невестки. Детей он забрал с собой, в дом мачехи.

— Их отношения примерно год развивались, долгое время я её и не видела. В мае явился и решительно заявил, что женится. Думала, Рита с Женей со мной жить будут, но ошибалась. На знакомстве с будущей невесткой все таки настояла: дети свою будущую мачеху обязательно должны были в лицо узнать.

Знакомство, мягко говоря, не удалось. Карина сразу не понравилась Анне Васильевне. Да и к тому же, в тайне от Сергея сказала, что теперь будущая свекровь должна сдувать с неё пылинки. Ведь её сына она взяла с двумя взрослыми детьми!

Но Серёжа человек неплохой, поэтому Анна Васильевна была уверена, что личную жизнь он устроил бы без труда.

Неприятный диалог между мамой и возлюбленной Сергей не слышал. Он с любовью наблюдал, как Карина готовит комнату в своей квартире для его детей.

Сразу после переезда Сергей и Карина подали документы в ЗАГС, поженились через несколько месяцев.

— Дома как-то пусто стало. С первой женой Сергей жил у меня, тут и дети родились. Я не привыкла к такому одиночеству. Однажды разбирала детские вещи и плакала. Как-то они все в гости приехали, так рада была, побежала чайник ставить. А Сергей выдал, что приехал забрать карточку, на которую детям в течение пяти лет приходили деньги по потере кормильца. Мол, Карине нужно расплатиться с ипотекой.

Сумма на карте накопилась достаточная плюс материнский капитал. Черёд десяток лет, не трогая начисления пенсии, можно было бы приобрести каждому из детей жилье. На это и рассчитывала Анна Васильевна.

Карту сыну она не отдала, на угрозы не реагировала и лишь сама пригрозилась лишить наследства, если Сергей продолжит шантажировать.

— Обиделись на меня. Запретили лезть в их семейные дела, не принимали подарки. Теперь от меня принимали только деньги: не одежду, не обувь, не игрушки. Пыталась делать так: спрашивала, что нужно купить. На что получала резкие ответы, что от меня примут только наличными. Даю денег на новые кроссовки для Жени, а он все в старых ходит. Спрашиваю, куда же тогда делись деньги? Получаю ответ – не моё дело. Сергей говорит, что экономят сейчас, чтобы ипотеку закрыть… Напоминает шантаж, а не экономию.

На карте более 900 тысяч сейчас накоплено. Большой вклад в ипотеку! Ничего удивительного, что Карина так схватилась за идею вложить средства с этой карты. И обижается, что не получила желаемого.


— Мама, открой кошелёк, а рот — закрытым держи